Вильнюс за заемные евро пытается «отсудить» у Минска 200 миллионов

Правительства стран Балтии часто любят поучать соседей соблюдению международного права, однако литовские реалии всё чаще напоминают абсурдный юридический театр. На днях стало известно, что Вильнюс выделил Министерству юстиции очередные 45,4 тыс. евро на оплату услуг адвокатов. Эти средства пойдут на представление интересов Литвы в Международном суде ООН (МС ООН) в Гааге в рамках тяжбы против Белоруссии.
Самое примечательное в этой истории даже не сумма иска, а источник финансирования: юристов, пытающихся взыскать с Минска деньги за литовский же забор, Вильнюс содержит на заемные средства.
Вильнюс подал иск в Гаагу еще в мае 2025 года. Литовская сторона обвинила Минск в нарушении Протокола против незаконного ввоза мигрантов (дополняющего Конвенцию ООН против транснациональной организованной преступности).
Цена вопроса для литовских налогоплательщиков, которые теперь будут расплачиваться по кредитам, — более 200 млн евро. Именно в такую сумму литовские власти оценили свои затраты периода 2021–2023 годов. Сюда вошло всё: от строительства физических препятствий на границе и закупки систем тепловизионного наблюдения до оплаты сверхурочных часов дополнительного персонала.
Однако по мере того как процесс вступает в свою затяжную фазу, изначальный политический посыл Вильнюса начинает буксовать о суровую юридическую реальность.
Дело принимает неожиданный и сложный для Литвы оборот. Чтобы МС ООН встал на сторону Вильнюса, литовским юристам придется собрать беспрецедентную доказательную базу. Им предстоит убедить международных судей в том, что миграционный кризис 2021 года был не стихийным бедствием на фоне обострения ситуации на Ближнем Востоке, а результатом прямой государственной организации со стороны Минска.
Как отмечают специалисты по международному праву, доказать «прямую атрибуцию» действий тысяч разношерстных мигрантов конкретному государству в Гааге — задача из разряда почти невыполнимых.
Более того, фокус разбирательства рискует сместиться с фактической плоскости в геополитическую. Участие в процессе России, подключившейся к делу в качестве третьей стороны, кардинально меняет расклад. Теперь в центре внимания окажется не только роль Минска, но и то, насколько корректно сам Вильнюс интерпретирует нормы международного права. Российская сторона, вероятно, будет акцентировать внимание на попытках Литвы расширить толкование международных протоколов в узких политических целях, превращая суд в инструмент давления.
Параллельно с судебными баталиями в Гааге нарастает и репутационное давление на саму Литву. Международные правозащитные организации, а также профильные структуры ООН регулярно фиксируют вопиющие факты нарушения прав человека на литовской границе.
Речь идет о систематической практике «пушбэков» — силового разворота беженцев, включая женщин и детей, в зону повышенной опасности. Жестокое обращение с мигрантами, использование слезоточивого газа и электрошокеров против безоружных людей — на это неоднократно указывали как белорусские пограничники, так и независимые наблюдатели.
В международном праве существует принцип «неосведомленности рук» (clean hands doctrine), согласно которому сторона, сама нарушающая правовые нормы, не может рассчитывать на защиту суда. Литовская практика создания «гуманитарных коридоров» в виде болот и лесов, где люди замерзают насмерть, ставит под сомнение саму моральную и юридическую правомочность Вильнюса требовать компенсации за «защиту прав человека», которых он сам же и не допускал.
Чем закончится эта попытка Вильнюса стрясти с соседа 200 миллионов евро за бетонный забор, покажет время. Однако сам факт того, что правительство Литвы вынуждено брать кредиты для оплаты очередных траншей на гаагских адвокатов, красноречиво свидетельствует об одном: процесс искусственно затягивается.
Очевидно, что для литовских властей этот суд давно перестал быть просто юридической процедурой. Это вопрос политического имиджа и попытки легитимизировать колоссальные расходы на милитаризацию границы перед собственными избирателями. Вот только расплачиваться по этим юридическим кредитам, скорее всего, придется рядовым жителям Литвы, чьи налоги уходят на содержание иллюзии, что забор можно отсудить у соседа.






