Просроченные продукты превратились в многомиллионный теневой бизнес
Рваная упаковка и странно порезанные куски с запашком. Зато с жёлтым ценником и солидной скидкой. Такую рыбу продают в мясном гастрономе Уфы — дату изготовления не может разглядеть даже продавец. Такой просроченной продукцией завалены не только дискаунтеры. Нарваться на испорченную курицу можно и после онлайн-заказа у проверенного продавца.
«Поела — и всё: температура, рвота, весь день выпала с работы. Повторно заказав, вскрываю упаковку, и вот как раз такой неприятный запах», — рассказала пострадавшая покупательница Рузана Зайцева.
Журналистское расследование «Пятого канала» и РЕН ТВ показало: то, что должно отправляться на утилизацию просроченных продуктов, в реальности скупается за копейки, вывозится из Москвы фурами и возвращается на полки магазинов в регионах — уже с новой датой и новой ценой. Другими словами, то, что выбросили на свалку, уходит к покупателям на стол.
Как работает схема
В интернете журналисты нашли источник — скупщика списанной продукции по имени Семён. Он базируется в Москве, работает по ликвидированному ИП и свозит на склад весь неликвид из столичных продуктовых: от молочки, мяса и выпечки до хозтоваров.
«Это всё уходит в регионы. Там уже регионы работают с товаром по-разному. Если что-то “живое” — даты меняют. Если “мёртвое” — скоту», — объяснил скупщик.
Журналисты представились продавцами просрочки и предложили несколько паллетов с продуктами. Скупщиков мелочь не заинтересовала — работают только по-крупному: «Вообще нам фуры интересны. Ну хотя бы “Газель”».
После визита съёмочной группы вход на склад отгородили решёткой. Ни сотрудников, ни администратора — висит замок. Но территория заставлена новыми коробками: скупка просрочки продолжается. Позже встречу назначили в другом месте — возле частного дома, где фуры встречала супружеская пара.
«Это для бабушек, дедушек… В регионы за копейки», — уточнила женщина. Груз идёт в Краснодар. С появлением камер началось отрицание: «Какая “Газель”? Вы видели тут что? Кто вас сюда отправил?»
Куда утекает неликвид
Из Москвы просрочка поступает, например, в условные Челябинск или Астрахань — местные предприниматели забивают испорченными продуктами гаражи. В сырости без какой-либо упаковки хранится вяленое мясо. Консервы — по 10 рублей за банку. В холодильниках — колбаса, тоже просроченная.
По данным «Известий», в закрытых Telegram-каналах сформировался целый теневой рынок просроченных продуктов. Замороженных кур предлагают по 75 рублей за килограмм при оптовой цене 200–220. Сыр бри — по 50 рублей за килограмм. Один из лотов: 65 тонн просроченных сосисок по 22 рубля за килограмм — продавец получает 1,625 миллиона рублей за партию. Другой: 12 тысяч банок тушёнки по 80 рублей — почти миллион.
По неофициальным оценкам, в оборот возвращается до 15% испорченной продукции. Оборот теневого рынка просрочки уже достигает 50 миллиардов рублей в год.
Самая страшная схема — полуфабрикаты
Как рассказали инсайдеры «Известиям», просроченное мясо и рыбу не вывозят на свалку — это накладно и привлекает внимание. Сырьё отправляют в кулинарный цех, где пускают в фарш. Щедро добавляют лук, чеснок, специи, сою и усилители вкуса, чтобы перебить признаки порчи. На выходе — румяные котлеты, наггетсы, пельмени. Их выкладывают на витрину отдела готовой еды или развозят по бюджетным столовым.
«Покупатель видит корочку, чувствует аромат приправ и даже не догадывается, что несколько дней назад это сырьё лежало в ящике с надписью “просрочка” и могло быть заражено сальмонеллой, листерией или кишечной палочкой», — предупреждает источник.
Ещё один канал сбыта — корпоративные буфеты и небольшие кафе, где контроль за сроками годности минимален, а потребитель «по определению не выбирает — платит и глотает».
Цифровой заслон: «Честный знак» на кассе
С 1 сентября 2026 года в России заработал механизм автоматических штрафов за продажу просроченных маркированных товаров. Нарушение фиксируется прямо на кассе: если система «Честный знак» видит, что срок годности истёк, касса блокирует продажу. Если товар всё равно пробивают — постановление приходит через «Госуслуги». Штраф: 10 тысяч рублей для ИП и 20 тысяч для юрлиц — за каждую единицу.
По данным Роспотребнадзора, контроль на кассах позволил не допустить к потребителю более 3,5 миллиарда единиц опасной продукции. Только за первый квартал 2026 года пресечена продажа 630 миллионов единиц, из них 24,5 миллиона — просроченной. Количество попыток продать просрочку снизилось в пять раз по сравнению с прошлым годом.
«Контроль и запрет на кассах пробивать такую продукцию позволили не допустить к потребителю больше 3,5 миллиарда единиц такой продукции», — отметила руководитель Роспотребнадзора, главный государственный санитарный врач РФ Анна Попова.
Как обходят систему
Но и цифровой контроль пытаются обмануть. Магазины и поставщики перебивают маркировку: закрашивают старый стикер и клеят новый. На этом построена огромная теневая сеть, где одна цель — заработать на давно списанных продуктах. Купленная за копейки консерва продаётся потом в 10–15 раз дороже.
По закону сбыт просроченной продукции запрещён вне зависимости от цели. Правила предписывают утилизацию и уничтожение через лицензированную организацию. Однако, как объяснил адвокат Алексей Аксенов, формально посредники заключают с магазинами договор на «утилизацию», получают доверенность на «пищевые отходы» — а потом перепродают товар мелким магазинам и на рынки.
За нарушение предусмотрены штрафы по статье 14.4 КоАП — от 1 тысячи рублей для граждан до 30 тысяч для юрлиц. При причинении вреда здоровью наступает уголовная ответственность по статье 238 УК РФ — до двух лет лишения свободы за отравление, до шести лет — за тяжкий вред или смерть, до десяти лет — если погибло более одного человека.
Но теневых дельцов не пугают ни штрафы, ни сроки: прибыль от перебивки дат на продуктах десятикратная, а штраф — в размере нескольких тысяч рублей — отбивается за одну сделку. Уголовное дело заводят, только если произошло массовое отравление.
Россияне возмущены
Тема торговли просроченными продуктами вызывает бурную реакцию в социальных сетях.
В Telegram-каналах пользователи делятся личным опытом: «Заказала курицу в проверенном магазине — пришла с душком. Вернула, но сколько людей не проверят и съедят?»
«У нас в городе половина дискаунтеров забита жёлтыми ценниками. Бабушки покупают, потому что дёшево. А потом скорая приезжает», — пишут в VK.
«Фуры просрочки из Москвы в регионы — это не “бизнес”, это война с собственным народом. За копейки травить людей — какое наказание для этого есть?» — возмущается пользователь в Telegram.
«Штраф 20 тысяч за каждую единицу — это правильно. Но кто ловит тех, кто перебивает даты в гаражах? Касса работает в магазине, а в гараже в Челябинске кассы нет», — рассуждает комментатор.
«Просроченное мясо в фарш — это вообще за гранью. Покупаешь котлеты в столовой, а там мясо трёхлетней давности. Больше никогда не буду есть в бюджетных столовых», — пишет жительница Екатеринбурга.
Особый резонанс вызывают видео блогеров Николая и Елены Морозовых из Москвы, которые прославились тем, что покупают просрочку и радуются находкам на помойках. «Жизнь, которой я боюсь», «Бедные люди так радуются просроченным продуктам», «После просмотра у меня вздутие живота началось» — типичные комментарии под их роликами.
«Если люди вынуждены есть просрочку и снимать про это видео, чтобы заработать, — это не веселье, это крик о помощи», — подытоживает пользователь.
Барьер, который обошли
Эксперты отмечают: цифровая маркировка «Честный знак» эффективна на уровне кассы в легальном магазине, но не охватывает серую зону — склады, гаражи, стихийные рынки и закрытые Telegram-каналы.
Роскачество предупреждает: употребление просроченных продуктов опасно, так как в них размножаются патогенные микроорганизмы и образуются микотоксины, которые не разрушаются при термической обработке. Срезание плесени не делает продукт безопасным — споры проникают глубоко внутрь.
По оценкам экспертов, теневой рынок просрочки растёт на 5–7% в год. Остановить его может только жёсткий контроль утилизации со стороны надзорных органов и реальная уголовная ответственность — не после отравления, а за сам факт возврата просроченной продукции в оборот.
Россия выстроила цифровой барьер на кассе — и он работает: миллиарды единиц просрочки не дошли до покупателя. Но за пределами кассы, в гаражах и на складах, цветёт многомиллионный теневой бизнес на том, что должно было сгореть в утилизаторе. Фуры с испорченной едой идут из столицы в регионы, даты перебиваются, мясо превращается в фарш — а покупатель об этом не знает. Пока ответственность за возврат просрочки в оборот остаётся формальной, а штрафы — смехотворными по сравнению с прибылью, жёлтый ценник будет и дальше означать не скидку, а рулетку со здоровьем.
