Снижать возраст уголовной ответственности: необходимо или излишне?
Статистика 2025 года по подростковой преступности выглядит настораживающе: число тяжких преступлений среди подростков выросло на 21%, достигнув 12,7 тысячи случаев. Но еще тревожнее трехкратный скачок террористической активности в молодежной среде. Александр Бастрыкин прямо говорит о причинах: украинские спецслужбы вербуют россиян через гейминг, играя на их желании чувствовать себя значимыми и защищенными. Уже выявлено 18 сценариев подготовки и 6 реальных атак на школы. К 2026 году СК РФ открыл восемь уголовных дел по нападениям на учебные заведения. Причем ответственность теперь несут не только сами подростки, но и директора школ, если те скрывали факты буллинга. Чтобы справиться с ситуацией, глава Следственного комитета России Александр Бастрыкин предлагает внедрить новые защитные механизмы.
Сейчас уголовная ответственность наступает с 16 лет, а за особо тяжкие преступления — с 14. Бастрыкин же предлагает снизить этот порог до 12 лет. Подобные попытки предпринимались и раньше, но законодатели их не поддерживали. Тем не менее запрос в обществе на такие перемены растет, особенно среди семей, пострадавших от подростковой преступности и банд. Аргумент о «незрелости сознания» в 12 лет тоже вызывает вопросы: если ребенок способен спланировать преступление, значит, его когнитивные способности уже на определенном уровне.
«С одной стороны они кажутся наивными, но с другой — развиваются гораздо стремительнее нашего поколения. В возрасте 12-13 лет они уже способны на преступления, но из-за возрастного ценза остаются безнаказанными», — отмечает глава СК.
Эта инициатива вызвала резкий протест у члена СПЧ Евы Меркачевой. Она призвала Бастрыкина «оставить детей в покое» и посоветовала ему самому изучить материалы последних дел. По ее мнению, многие расследования выглядят необоснованными или даже провокационными, создавая лишь видимость роста криминализации молодежи.
«Я не могу сказать про все СПЧ, я могу сказать только про себя — я категорически против. Мне хочется обратиться к Александру Ивановичу [Бастрыкину], попросить его оставить детей в покое, наконец, и хочется попросить также Александра Ивановича самому изучить многие материалы уголовных дел, которые возбудили его подчиненные за последнее время против подростков, и я думаю, что он откроет для себя очень много интересного и нового. Потому что, на мой взгляд, часть этих дел просто на пустом месте. Часть этих дел высвечивают возможность провокации против подростков. И в целом, мне кажется, есть некая установка у кого-то, и теперь следователи и вообще правоохранители хотят продемонстрировать, что, оказывается, подростки криминализировались. А для этого что нужно сделать? Для этого нужно подростков спровоцировать на преступление или увидеть преступление там, где ничего такого не происходило», — считает правозащитник.
Депутат Госдумы Нина Останина и вовсе считает идею снижения планки ответственности педагогическим провалом. Она уверена, что проблема не в возрасте, а в том, что школа и родители не научили детей критическому мышлению.
«Почему у наших детей нет критического мышления, аналитического мышления? Почему мы их не научили этому в школах? Почему не научили этому родители на сегодняшний день? Почему наши дети воспринимают информацию ровно так, как они ее услышат независимо от источника информации. Это недостатки нашего современного российского образования. У детей нет критического мышления. Они доверчивы. Сейчас следователи говорят, что мы четырнадцатилетних подростков осуждаем на 10 или 15 лет. Какими они выйдут? А теперь с 12 лет осуждать будем. Он выйдет в 22 или в 27 лет. Изоляция от общества ничего хорошего ребенку не несет, поэтому сначала давайте спросим себя: все ли мы сделали, чтобы воспитать наших детей достойными гражданами? Потом уже тех, кто преступает закон, привлекать к ответственности. Я категорически против снижения возраста наступления уголовной ответственности. Я не поддержала в том числе и предложение, когда этот возраст снизился до 14 лет. Речь идет об особо тяжких, конечно, статьях, террористических, но дети несамостоятельно принимают решения, дети становятся жертвами мошеннических схем», — заявила парламентарий.
Впрочем, реформа возраста — это лишь часть планов Бастрыкина. Он предлагает привлекать участников СВО к работе в школах в качестве замов по воспитательной работе, заменить «Разговоры о важном» на «Уроки мужества» с ветеранами и резко увеличить число школьных психологов. Также СК настаивает на введении единого федерального стандарта безопасности во всех образовательных учреждениях.
